Теперь он держался свободнее, не так пугался собаки, занимающей в иерархии номер два (номером один оставался, конечно, я). Но был осторожен и не переступал через ту невидимую границу, которую Девон начертил вокруг меня. Я видел, как день за днем тает его прежний страх. Он подбегал на мой зов, виляя хвостом, веселый и счастливый, но никогда не оставался рядом надолго. В округе у него нашлись друзья. Просто маленький мистер Добросердечие был почти такой же, как Джулиус. В нашей компании установилось своего рода перемирие, не без некоторого напряжения и необходимости соблюдать осторожность, но без явной враждебности — она постепенно исчезала.

* * *

С приближением зимы стало особенно заметно, как Джулиус все больше и больше теряет силы. На наших прогулках он так сильно отставал, что мне приходилось выгуливать его отдельно. Он потерял интерес к обнюхиванию встречающихся на пути предметов. И с каждым днем становился все более скучным, стремился быть со мной, но не хотел уходить из дома. Даже для такой спокойной, скорее ленивой собаки это было необычно. С ним что-то случилось.

В декабре, терзаемый дурными предчувствиями, я повез его к ветеринару. И услышал от д-ра Кинг еще один страшный диагноз — рак толстого кишечника. И опять мне предстоял страшный выбор. Или недопустимое посягательство на чужую жизнь, или лечение (операция либо химиотерапия), сомнительное в смысле эффективности. А свелось все опять к тому же решению. Тот же кафельный пол, те же прощальные объятия. Джулиус лизал руки д-ру Кинг и ее помощнице, когда ему делали инъекцию.

«Глупый! — сказал я, дрожа, гладя его большую голову, лежавшую у меня на коленях. — Перестань. Ты что, не понимаешь? Ведь они убивают тебя».

Продолжая ласкать Джулиуса, стараясь сохранить самообладание, чтобы не испугать его, я тихонько сказал: если существует такое место, как рай, то он там, конечно, сделал зарубку.

Для него найдется горная вершина, с которой он станет глядеть на луг. Увидит много всяких цветов. И сможет наслаждаться их ароматом, даже не вставая с места. Будет светить солнце. Груда жевательных косточек, сдобренных арахисовым маслом, обнаружится совсем рядом, и запас их никогда не иссякнет.