Д-р Кинг не делилась со мной своими мыслями. Но за годы знакомства я научился ее понимать. А теперь ни ее лицо, ни слова не давали мне ни малейшей надежды.

* * *

Решение взять собаку дается порой нелегко. Но в тысячу раз труднее и мучительнее подписать ей приговор. Встречаются люди, стремящиеся поддерживать жизнь собаки любыми способами. Честно скажу, я не принадлежу к их числу. Отношения собаки и человека отнюдь не простые. Их трудно до конца понять, особенно постороннему; слишком многое в них зависит от предыстории, темперамента, личного опыта, инстинктов и, наконец, способности любить.

Решение, о котором идет речь, всегда теснейшим образом связано с тем, как складывалась собственная жизнь человека. И я не исключение. Бренда Кинг однажды сказала, что главное для ветеринара да и для хозяина собаки — это уменье защищать интересы животного, которое не умеет разговаривать и, значит, не способно рассказать о своих нуждах. Удача сводит некоторых собак с людьми, которые их любят и понимают, заботятся о них, которые могут действовать, исходя, в первую очередь, из их интересов.

Люди, которые сами росли без опеки и защиты, часто — по вполне понятным причинам — запутываются в своих взаимоотношениях с собаками. Иногда — с этим сталкивался любой ветеринар — хозяева собак утрачивают представление не только о границах между их собственной жизнью и жизнью собаки, но и о реальной действительности вообще. Старых дряхлых собак в самом ужасном виде доставляют к ветеринару в надежде если не на лекарства или современные приборы, то на операцию.

— Вы должны, — сказала мне д-р Кинг, — не только понять, чего хочет собака, но и что для нее лучше. Сделать это можете только вы.

Я понимал, что не имею права решать судьбу Стэнли на основе сиюминутного импульса. Такое решение должно определиться всем моим жизненным опытом и теми мириадами факторов, под влиянием которых формировались мои взгляды. И для меня оно будет крайне трудным. Я обожаю эту собаку, она стала ключиком ко всему, что есть во мне радостного и веселого. Но с той самой минуты, как я покинул кабинет Бренды, мне, похоже, стало ясно, что предстоит делать.