Мне следовало отдать ему должное: он мог мчаться стрелой, гоняясь за белками, или просто для развлечения, но никогда не пытался уклониться от борьбы. Пес держался стойко. Хотя мог бы удрать мгновенно, не сделал этого. Однако в тот момент мне было не до оценки этих его благородных качеств. Я бросил перед ним на тротуар совок, чтобы напугать его звоном, но тот подскочил и ударил его по плечу — в ответ Девон лишь вздрогнул. Следом полетел металлический ошейник. Я был просто вне себя, орал и ругался. Это была уже никакая не дрессировка, а чистая ярость, почти никогда не одолевавшая меня с такой силой.

В бешенстве шагнул на тротуар, споткнулся о бордюрный камень и упал. Он внимательно следил за мной. Я вскочил, подбежал к нему, стукнул его по боку, толкнул к кустам: «Ты что, не понимаешь? На таких условиях ты здесь не останешься. Отправлю тебя обратно!»

Пока я кричал на него, весь красный, задыхаясь от возбуждения, напротив нас притормозил зеленый фургон. Я обернулся. Окно медленно приоткрылось. В машине сидела женщина с девочкой лет десяти.

— Простите, — сказала женщина весьма раздраженным тоном. Моей дочери не нравится, как вы обращаетесь со своей собакой.

Классический эпизод в моем городе с его традициями. Возможно, даме просто захотелось устроить сцену, а может, она действительно пыталась таким образом успокоить дочь. Вот только я вовсе не был расположен вступать с этой дурой в дискуссию.

— Мадам, не лезьте не в свое дело! — заорал я. Не помню, чтобы я когда-нибудь так кричал на людях, да еще в присутствии ребенка. Обычно я был только рад найти слушателя для своих жалоб на Девона.

Но тут меня еще будут учить! Не нравится, видите ли, как я обращаюсь со своей собакой. Не желаете ли побывать у меня дома, посмотреть на весь этот дорогой собачий корм, на собачьи кровати, на целую коллекцию косточек и всевозможных игрушек. Пусть бы попробовала сама дрессировать эту чертову собаку! Мне казалось, я лопну от злости.

Наконец, я повернулся к Девону.