совмещаются и давят друг на друга, - и кривая зазеркальная

комната, где светлые части обстановки выделялись как бы тоном

выше, чем наяву, была гораздо слабее, гораздо печальнее. Эту

комнату нельзя было оживить своим отражением, сколько ни маши

руками и ни высовывай язык, - и посреди кривлянья вдруг

наступала минута, когда жилая и реальная часть квартиры тоже

представлялась несуществующей. Страшно было тронуть полку,

статуэтку, болезненно чувствительные благодаря осевшей пыли и

готовые ответить на касание испуганным пятном. Внешний мир

словно уже прорастал сюда, и после Софье Андреевне мерещилось,

что особняк разрушился не от работы техники, а только от напора

городского мусора и жилистых сиреней, в которых ощущалась та же

камнеломная сила, какую Катерина Ивановна через много лет

угадала в кладбищенской траве. Словом, особняк, каким его

застала на свете Софья Андреевна, уже почти целиком -

зазеркальными анфиладами, зыбким темноватым воздухом под

недосягаемо высокими потолками, захламленным подвалом под

широченной лестницей во второй этаж, - покоился в прошлом. К

прошлому каким-то образом относились и комнаты соседей, куда не

разрешалось ходить, - а в настоящем самыми реальными были

твердые, с занозами, как бы сохранявшие свою исконную

деревянность листы бумаги. Поначалу собственные владения

возводились при помощи цветных карандашей - но глупые бревнышки,

вместо того чтобы закрашивать, к примеру, розовый дом,

изображали на нем только собственные следы.

То же самое выходило с акварелью: грубые мокрые пятна темнели на

деревьях и траве, - при том, что в стакане с водой и на бумажке,

куда с набухшей кисти спускались излишки, все получалось

красиво, загадочно. Словом, мир, обозначенный простым

карандашом, не принимал искусственных красок: они оставались

поверх него и сами по себе. Много лет спустя, в деревне, Софья

Андреевна вдруг увидела то проникновение цвета в контуры, над

которым так мучилась в детстве: закат и черные ели, как бы

истончавшиеся тут и там на малиновом свету, - но округлый