насекомое, навроде бабочки или стрекозы, и не помнившей саму

себя хотя бы год назад. Однако здесь заключалась не вся правда.

На самом деле опыт требовался не для того, чтобы пользоваться им

для каких-то целей или хотя бы знать его содержание: ему

следовало просто быть и заполнять собой пустоту, которая

образовалась за годы, когда детство Катерины Ивановны кончилось,

а взрослая жизнь так и не началась, и не было такого события,

которое не изживалось бы за единственный день. Теперь, когда

мать умерла, Катерине Ивановне требовалась другая старуха, и

Маргарита, увлекая ее к себе, предлагала замену - чисто

механическую, зато немедленно, пока судьба не учуяла брешь.

Но Катерина Ивановна не хотела у них ночевать, сегодня она

особенно боялась слюнявого бормотания Комарихи, все норовившей

предостеречь ее от каких-то таинственных бед и будто гадавшей по

трещинам на стенах своей помраченной комнаты. Трещины имели

такой значительный вид, словно начинались где-то очень далеко и

возникали непосредственно от ударов различных событий, а после

двигались по земле, по зданиям и камням, дорастая до логова

ведьмы, проникая туда со всех сторон, будто тонкие корни.

Сходство с корнями заставляло думать, что Комариха вдобавок

влияет на события, питая их гнилыми соками своего жилья, где на

спинке кровати горой громоздятся перепревшие тряпки, а в углу

мутнеют трехлитровые банки с чудовищными огурцами, похожими на

заспиртованных гадов и рыб. Что-то нашептывало Катерине

Ивановне, что от Комарихи следует держаться подальше, иначе

подмена д е й с т в и т е л ь н о произойдет, и тогда ее

сознание наполнится согбенными движениями старухи, этого

бесформенного сращения полумертвых таскаемых ног и страшно

живых, до кости щупающих рук, - и собственная жизнь Катерины

Ивановны не начнется никогда.

***

Все-таки Маргарита повела Катерину Ивановну с собой, крепко

держа ее за локоть, отчего Катерина Ивановна не могла удобно

ступать и все время спотыкалась, меняя ногу. На улице

похолодало. Дождь, невидимый и почти неощутимый, будто из